Шахты Четверг, 21 Ноября
Общество, 23.10.2019 11:02

«Из героев мы превратились в изгоев»: ровно 16 лет назад шахтинцы оказались в эпицентре трагедии на «Западной-Капитальной»

Тяжелый монолог о том, как это было, и что случилось потом…

23 октября 2003 года в Новошахтинске на шахте «Западная-Капитальная» произошла одна из крупнейших и самых разрушительных по своим последствиям аварий на угледобывающих предприятиях Ростовской области. В результате прорыва подземного озера 46 горняков оказались заблокированы на глубине нескольких километров. Спасательная операция длилась несколько дней. Первых выживших удалось доставить на поверхность спустя два дня после случившегося. Остальных пришлось искать шестеро суток.
  
В составе первой группы оказались наши земляки, в начале «нулевых» массового трудившиеся на шахтах соседних городов и районов за скудную зарплату – почти все угледобывающие предприятия в Шахтах к тому моменту уже были закрыты.
  
«Блокнот» встретился с непосредственным участником тех событий Михаилом Колесниковым. Чтобы спастись, ему и его коллегам пришлось преодолеть под землей около 7 километров. В ледяной воде, темноте и практически при полном отсутствии воздуха.

О жизни до и после аварии, страхе, смерти своих товарищей, отчаянии, чудесном спасении и печальных последствиях случившегося в монологе нашего земляка.

«Закон, как столб – обойти можно»

- Я вырос на Машзаводе. После учебы пошел работать на завод. Выиграл какой-то конкурс - повысили разряд. Но зарплата не устраивала – максимум 150 рублей, хотя некоторые «дедки» получали по 500-600.

Решили с сослуживцем, что пора что-то менять. Пошли на шахту «Глубокую». Потом ее закрыли, а нам по 40 лет. Что делать? Семью-то кормить надо… В противосиликозном сказали: «Для подземных работы ты уже негоден».

Но закон - как столб – обойти можно! Устроился в управлением монтажа и демонтажа подземных строений. Все равно трудились под землей. Ездили по всей области, обустраивали шахты. На одной работать закончим, отправляют на другу.

В 2003-ем послали в Новошахтинск на «Западную-Капитальную». Автобус отправлялся туда из нашего поселка рано утром. Приходилось каждый день вставать в начале четвертого. Две вахты отработали нормально. А на третьей все и случилось…

«Продолжали работать даже, когда что-то громыхнуло»

- 23 октября я как всегда отправился на работу. Никаких дурных предчувствий, обычный день. Спустились под землю, началась смена. Около четырех часов дня что-то сильно громыхнуло. Поднялась пыль, дышать стало нечем. Позвонили наверх: «Что случилось?». Нам в ответ: «Да мы сами не поняли!». В этот момент погас свет и связь оборвалась… Все это на глубине около полутора километров.

Продолжили работать – фонари-то у всех с собой. Думали, что сейчас все быстро восстановят…

Потом смотрим - вдалеке навстречу нам идет только-только назначенный директор, который спустился в шахту первый раз, главный инженер и еще какие-то люди с ними. Они тоже были в недоумении, что же произошло. Решили разделиться и выбираться наверх.

«Я не хочу подыхать в этой грязи»

- В нашей группе было 15 человек. Пошли под уклоном вверх. С каждым шагом под ногами появлялось все больше воды. Влезли на ленту, по которой на поверхность поднимается уголь, пошли по ней. А воды все больше. Дошли до огромных металлических дверей, стали их открывать. А как это сделаешь, если снаружи огромный поток воды?! Уже потом поняли, что если бы приоткрыли их, нас бы унесло вниз и никто бы никого уже не нашел… Потом наш механик Серега Ткач сказал: «Я не хочу подыхать с вами в этой грязи, пойду за директором». Еще один парень, Володя пошел за ним. Ему удалось выбраться. А Сергей где-то оступился и упал вниз… Его так и не нашли. Считается пропавшим без вести.

«Поток воды тянул огромные тепловозы»

- Мы пошли дальше, нашли островок, чтобы передохнуть. Коногонки уже почти у всех сели. Свою я раскрутил и залил водой. Потом вылил и она проработала до тех пор, пока нас не вытащили…

Дальше пришлось прыгать в воду. На уровне груди выбили деревянную вентиляционную дверь. Начали пролазить по очереди. А там – горная река… Поток тянул огромные двадцатитонные тепловозы… Толстенные электрические провода были оголены напором. Кто-то тогда еще пошутил: «Пацаны, гляньте сколько меди!». Тогда впервые стало страшно.
  
Пешком идти невозможно. Оторвали троллею, вцепились в нее, скинули с себя все инструменты, которые все это время зачем-то тащили с собой, и пошли по грудь в ледяной воде. У себя под ногами нащупал рельсу, пошел по ней. Сделал несколько шагов, оступился и ушел под воду… Из последних сил схватился за провод, меня швыряло из стороны в сторону…. А ребята уже продвинулись дальше, на помощь никого не позовешь. Кое-как нащупал рельсу, взобрался назад.

«Прижимались друг к другу, чтобы согреться»

- Добрались до клети. Обрадовались. Но посмотрели наверх и поняли, что никуда мы не выберемся. Сверху вода текла еще с большей силой.
  
Опять нашли какой-то островок, чтобы присесть. Только в этот момент первый раз попили воды, набрав ее в каски, какую-то бутылочку… Это сейчас я все рассказываю быстро. А тогда это были уже вторые сутки после аварии. Все это время мы естественно ничего не ели и не пили.

Насквозь промокшие, дрожащие от холода мы прижались друг к другу, чтобы попытаться хоть как-то согреться. Стали ждать пока спадет уровень воды. Ходили проверять его по очереди. Подошла очередь Сергея Войтенка. За ним пошел еще один парень. Через пару минут он орет: «Мужики, Сереги нету!». Тогда мы подумали, что он не погиб, а пошел назад, пытался выбраться самостоятельно…

авария 2.jpg
Октябрь 2003 года. Спасатели, представители следственных органов и съемочная группа одного из федеральных телеканалов на месте ЧП.

«Нас уже похоронили»

- Вода не убывала, идти было некуда. Постепенно начал заканчиваться воздух. Представьте, что вы пытаетесь сделать вдох, а ничего не получается…Натянули до лица мокрую одежду, стали хоть как-то «дышать в себя». Подумали, что это конец. Как вдруг, еще один громкий взрыв…

Все затряслось, начал свистеть воздух. Оказалось, что в этот момент на поверхности стали засыпать ствол, и вода, которой некуда было деваться, пробила новую «плотину»… Потом опять тишина и снова взрыв. Всего их было четыре. Нам показалось, что в воздухе запахло аммонитом (взрывчатым веществом, использующимся при проведении горных подземных работ – прим.ред.). Хотя, ничего удивительного в этом нет. К тому моменту наверху нас уже похоронили…

Из ушей пошла кровь. Мы стали кричать, стучать по рельсам… Головой все понимали, что нас никто не услышит. Но садиться и помирать никто просто так не собирался. Правда, кто-то все-таки спросил меня: «Мишаня, у тебя нож есть? Может мы того…?» (проводит большим пальцем по горлу – прим.ред.).

«Мать вашу, вы же там все погибли…»

- Потом вдалеке снова показались огни. Мы подумали, что это спасатели, начали кричать: «Ура-а!». Но оказалось, что это еще одна группа шахтеров-проходчиков. Они прошли по нашему пути. В этот момент нас оказалось 33 человека. У ребят был с собой телефонный аппарат. Подключать его было бессмысленно, никакие коммуникации не работали. Но кто-то предложил: «Давайте попробуем!». Слесарь Саня Киреев своими огромными ручищами скрутил провода. Стали пробовать дозвониться наверх. Саня поднял трубку из которой услышал: «Кто такие??? Откуда??!». «Как кто?! Мы снизу сидим!». «С какого низу, мать вашу, вы же там все погибли?!»…

Нам сказали идти к соседнему стволу. Там была старая рабочая клеть. Подошли. К нам спустились два горноспасателя. Притащили с собой газированной воды. Людям, которым нечем дышать, по мнению руководства, она, видимо, была нужнее всего… Клеть поднимается наверх минут сорок. Столько же спускается назад. А помещается на ней от силы человека два-три. Но залезали мы туда по четверо.

«Мужики, может вам водки?»

- Возле шахтуправления к этому моменту уже двое суток стояли наши родственники. Среди них была моя жена, которой тогда предстояла тяжелая операция. А двенадцатилетняя дочка все эти дни была одна дома… И вот к собравшимся вышло радостное начальство и стало объявлять наши фамилии…

Нас начали выдавать «скорой». В машину сажали по два человека. Отвезли в больницу в Новошахтинск. Там встречали, словно героев. Каждый дрожит, одежду снять нереально. Стали рвать ее на себе. Все черные, как смола. Приводят в белоснежные палаты, кладут в таком виде на постель. Обложили бутылками с теплой водой, принесли горячий бульон, чтоб согреться, повтыкали капельницы. Кто-то из медсестер спросил: «Мужики, может вам лучше водки?». «Давай, неси!».

шахта 1.jpg
Октябрь 2003 года. Последствия аварии на шахте "Западная-Капитальная".

«Снимай штаны, задирай рубашку»

- Пролежали часов пять. Пришел врач: «Что у вас болит?». А я когда сорвался под землей в воду, вывихнул плечо и сильно ударился спиной. Но тогда ничего этого не чувствовал.

Сделали несколько рентгенов. Но снимки потом куда-то пропали. Сказали, что их забрала новошахтинская прокуратура.
 
Пошел купаться и вода кончилась… Как-то по струйке еле-еле домылся. Привели назад в палату. Медсестра принесла ведро зеленки – задирай, говорит, рубашку и снимай штаны. Обмакнула кисточку и замазала мне весь бок. Я спрашиваю: «А как же шишка на позвоночнике?». «Ничего страшного, заживет»…

«Мне платили 1370 рублей»

- Через три дня нас перевели в Шахты. [Главный врач БСМП им.Ленина Андрей] Рябов, конечно, постарался, чтобы у нас были все необходимые условия. В гости приходили какие-то министры из Ростова, [двукратный олимпийский чемпион Василий] Алексеев. Помню, как он каждому пожал руку и произнес: «Ребята, вы только мне скажите, я до Москвы дойду, если вас кто обидит!».
  
Начальство сразу пообещало, что всем нам дадут группы, мол распоряжение правительства уже есть. Но когда дошло до дела, нерабочую группу дали только троим. Выборы ведь к тому моменту уже прошли, о пламенных речах все быстро забыли. А мы из героев превратились в изгоев… В 2004 году мне назначили регресс 1370 рублей… На эти деньги я должен был содержать семью. Гуманитарную помощь присылали со всего мира - из стран, где существуют угольные бассейны. А свое государство заплатило нам по 3 тысячи рублей. Еще от города подарили пакет с фруктами. 

«Наверху кто-то был против нас»

- Отправили нас долечиваться в противосиликозный диспансер. В общей сложности в больнице провели несколько месяцев.

Стал на учет в Центр занятости, там получал еще 4 тысячи рублей. А работу предлагали, то на тысячу, то на две. Писали письмо президенту. Его спустили в область, потом сюда. Нам сказали, чего вы мол жалуетесь, радуйтесь, что у вас не забирают то, что есть…

Решили, что надо ехать в Москву на обследование, чтобы там признали вред здоровью, который мы получили. А где брать деньги? Пошли к [председателю профсоюза работников угледобывающей отрасли, бывшему депутата Государственной думы РФ Владимиру] Катальникову. Он сказал: «Ребята, не переживайте, помогу. Найдите только деньги на дорогу». Возвращаемся к нему через месяц, но он, опустив глаза пожал плечами… Значит была нажата какая-то кнопочка, что даже Катальников оказался не в силах продавить наш вопрос. Наверху кто-то был против нас.

Уже потом мы выяснили, что обследование в Москве в институте Эрисмана было бесплатным. Нужно было только направление от врача. Но разве тогда нам кто-то об этом сказал?! Доходило до того, что мы приходим оформить документы, а нам говорят: «Печати нет, извините…». «Так вот же она – рядом с вами». «Ой, точно. Но в ней чернила нет»… И такое отношение было во всем… Кто-то из врачей потом нам признался: «Ребята, вас просто кинули…».

На суде про взрывы, которые мы слышали, в деле не было сказано ни слова. Температура воздуха в документах значилась +22 градуса. А температура воды и вовсе отсутствовала.

«Живу с дочкой, жена умерла»

- В итоге, в институт Эрисмана я поехал сам. Через девять лет после случившегося. Там поставили тугоухость. Спину смотреть не стали, хотя я жаловался на боли. Если честно, отношение там тоже было странное. Сидят молодые врачи – по 25-30 лет – уже доктора наук. В общем, отправили меня домой со словами: «Приехали бы в 2004 году, дали бы вам группу».

Плечо и спина болят. Ногам тоже тяжело. Врачи говорят: «Тебе надо с палочкой ходить».
 
Живу с дочкой. Жена умерла. Подрабатываю сторожем у нас в поселке. Вместе с пенсией выходит тысяч 16 в месяц. Вспоминаю ли случившееся? Если бы мы тогда не нашли этот телефонный проводок, так и бы и остались там навечно. Через два дня после нашего спасения участок земли размером с футбольное поле, над которым мы находились, провалился под землю. Вместе с ним ушли все постройки. На дне огромного котлована виднелась звезда на копре.

колесников.jpg
Октябрь 2019 года. Михаил Колесников. 

***
По официальной информации, в результате беспрецедентной операции на «Западной-Капитальной» на поверхность живыми были подняты 44 человека (чтобы пробиться к одной из групп горняков, заблокированных под землей, спасателям пришлось выкопать тоннель из соседней шахты имени газеты «Комсомольская правда» - такого, на тот момент, в мире еще никто и никогда не делал). Один шахтер погиб, еще один до сих пор числится пропавшим без вести.


Шахта была затоплена, ее дальнейшая эксплуатация прекратилась.

На скамье подсудимых по факту случившегося оказались четверо обвиняемых: начальник ростовского управления Госгортехнадзора Анатолий Обухов, главный инженер шахты Геннадий Скляров, бывший гендиректор ООО «Компания Ростовуголь» Лев Строяковский и технический директор «Ростовугля» Анатолий Бородин. Все они получили условные сроки.

Подготовил Александр Владимиров


Читайте наши новости там, где удобно:

InstagramОдноклассникиFacebookВКонтакте.

Присылайте фото и видео на номер 8-908-510-40-41 (Viber, WhatsApp). Звоните, если попали в сложную ситуацию и не получили помощи от чиновников.

Почта: redaktor_shakhty@bloknot61.ru


Новости на Блoкнoт-Шахты
Западная-Капитальнаяшахтерыаварияспасателигрунтовые водыМихаил КолесниковШахтыновошахтинскспасение
0
0
Народный репортер + Добавить свою новость

Топ 10 новостей

ПопулярноеОбсуждаемое